Вл.Кличко: "Знаю, как нужно вести себя на ринге с Питером"

Кличко младший рассказал о подготовке к поединку с Сэмюэлом Питером и поведал о планах обоих братьев на ближайшее будущее
132240
17 Августа 2010, 14:00
Вл.Кличко: "Знаю, как нужно вести себя на ринге с Питером"
Владимир Кличко, AP
— Владимир, после боя с вами у Питера были как убедительные, так и блеклые поединки. У Олега Маскаева Сэмюэль без страха и упрека отобрал чемпионский пояс WBC, но, с другой стороны, ему задал хорошую трепку ветеран супертяжелого дивизиона американец Джамиль Макклайн. А затем ваш старший брат Виталий в пух и прах разбил Нигерийского Кошмара. Какова сейчас реальная сила Питера?
— Нигериец, мягко говоря, не подарок! Он сильный и очень опасный соперник. Победа над ним мне далась крайне нелегко. На кону нашего боя стояло право оспорить чемпионский титул. После поражений от меня и Виталия Питер, поговаривают, затаил обиду на братьев Кличко. Впрочем, это не так существенно. Знаете, какая главная проблема будет у Питера 11 сентября? Его соперник на ринге!

— Какой у вас распорядок в день боя?
— Коренным образом он не отличается от обычного дня. Завтракаю и обедаю я в то же время, что и всегда. Утром делаю зарядку. Разве что в пятницу уже не провожу тренировку — аккумулирую силы к поединку.

— Сколько вы теряете в весе за 12 раундов боя? Сколько жидкости пьете в перерыве между раундами?
— Интересные вопросы. Честно говоря, никогда не подсчитывал, сколько воды выпиваю. И после боя я не взвешиваюсь. Поскольку я тяжеловес, могу себе позволить в отличие от легковеса несколько килограммов потерять.

— Заглядываете ли вы накануне или после боя на боксерские форумы? Интересуетесь котировками букмекеров на ваш поединок?
— Категорически не интересуюсь. И до боя, и тем более после не захожу на боксерские форумы. После поединка я вообще некоторое время не интересуюсь боксом.

— После того как вы подписали контракт на бой с Питером, вас не мучили кошмары? Что вам вообще преимущественно снится в ночь перед боем?
— Кошмары? Нет, кошмары мне не снятся. Ни нигерийские, ни какие-либо другие. Я обычно сплю как младенец. Причем как до боя, так и после него.

— Вы уже придумали рецепт победы над Питером?
— Каждый день думаю. Успешная стратегия и тактика — это обязательные ингредиенты блюда под названием "Победа". Мои точные удары в ринге — это заслуга моей команды. Мы детально разбираем каждый бой Сэмюэля (особенно его поединки против братьев Кличко), уделяем внимание его приемам в ринге и приблизительно уже знаем, как нужно себя с ним вести.

— Кстати, когда идете на ринг, о чем думаете?
— Когда я выхожу в ринг, я спокоен и сосредоточен. Я максимально сконцентрирован на том, чтобы правильно планировать свои действия непосредственно во время поединка. Это как перед экзаменом— в последнюю минуту уже поздно что-то повторять, материал должен быть усвоен.

— А когда уже вышли в ринг, ищете глазами знакомые лица в зале?
— Никому не советую в ринге зевать или глядеть по сторонам — это может плохо закончиться. Во время поединка соперники видят только глаза друг друга. И даже в самых больших многотысячных аренах слышишь и чувствуешь поддержку только своего угла, где за тебя болеет твоя команда.

— В вашей карьере было три поражения — от американцев Росса Пьюритти и Ламона Брюстера, а также тяжелый нокаут от южноафриканца Корри Сандерса. Какой опыт они вам дали, как повлияли на вашу карьеру?
— Все, что с нами случается, посылается нам свыше как урок, из которого нужно извлечь опыт и сделать выводы. Поражение может сломать боксера, а может закалить его. Мне пришлось делать остановки на моем пути, чтобы осмыслить ситуацию и работать над собой для того, чтобы двигаться дальше. И этот опыт тоже помог мне выйти на тот уровень, на котором я нахожусь сегодня.

— Вы с Виталием начинали заниматься профессиональным боксом в Гамбурге у немца Фрица Здунека. Кто сильнее как специалист — Фриц, с которым Виталий продолжает сотрудничество, или ваш нынешний наставник американец Эммануэль Стюарт?
— Сравнения здесь неуместны. Мой брат работает под началом Фрица Здунека с 1996 года. За это время они выработали идеальную модель взаимодействия. Виталий полностью удовлетворен результатами этой работы. Я же сейчас абсолютно доволен нашей совместной работой с Эммануэлем Стюартом.

— Сегодня вы находитесь в расцвете сил, славы и успеха. А что дальше?
— Я прекрасно понимаю, что вышел на финишную прямую моей спортивной карьеры — мне 34 года. Но насколько длинной окажется эта финишная прямая, сегодня не знает никто. В этом-то весь интерес, а я приложу все усилия, чтобы она оказалась достаточно длинной.

— Какой вы видите свою жизнь после завершения спортивной карьеры?
— Политикой точно заниматься не буду. Я интересуюсь украинской политикой, но в нашей семье уже есть один политик, и этого вполне достаточно. Буду заниматься бизнесом, в том числе как боксерский промоутер. И уж наверняка буду активен, буду реализовывать себя в том, что мне нравится. Однозначно не уйду в тень, тупо загорать на пляже не намерен.

— Есть ли еще какие-то спортивные вершины, которые вам было бы интересно покорить?
— Сегодня мы с братом завладели всеми чемпионскими поясами мирового супертяжелого дивизиона, за исключением одного — по версии WBA. Поскольку нашей мечтой является забрать все титулы в семью Кличко, единственной целью, к которой мы стремимся, стал этот пояс WBA, которым сегодня владеет Дэвид Хэй. Но для нас вопрос не в персоналиях, а в титуле. О Хэе же я сейчас и говорить не хочу — просто устал от него. Он столько времени бил себя в грудь и всем рассказывал, что и как он будет делать с братьями Кличко!

Но как только доходило до дела, якобы получал травмы и уходил от встречи с нами. После того как я отправил ему видео¬обращение с призывом выяснить, кто же из нас все-таки сильнее, Хэй вообще где-то затаился. Уже несколько недель о нем ни слуху ни духу.

— Давайте тогда вместо Хэя поговорим о Виталии Кличко. Благодаря старшему брату отправились на секцию бокса?
— Мы с Виталием в детстве постоянно соревновались: чем он занимался, тем и я начинал. Виталий пошел в школу, и я начал проситься. До семи лет не досидел дома, в шесть стал первоклассником. Виталий записался в секцию бокса, и я следом. Брат поступил в институт, и я говорю: "Тоже хочу". Он завоевал титул чемпиона мира, я не отставал: "Тоже буду".

Мой брат играл в моей жизни очень важную роль, и так будет все время, сколько бы ни было мне лет. Я за многое благодарен своим родителям, но более всего за то, что к моменту моего появления на свет они уже приготовили для меня самый ценный подарок — старшего брата Виталия. Мы с ним очень разные, но мы очень близки и дружны. И нашу брат¬скую любовь невозможно нарушить ничем — ни деньгами, ни женщинами, ни чем-либо прочим.

— Соответственно, все разговоры о возможном поединке между братьями Кличко…
— Полная чушь! Никогда, ни при каких обстоятельствах, ни за какие деньги. И не потому, как писали в прессе, что нам мама запретила. Когда я догнал Виталия по габаритам, мы с ним проводили спарринги. И скажу честно, мне в них доставалось больше, чем брату. Но со временем наши спарринги стали очень упорными и травмоопасными, и мы отказались от них, чтобы не покалечить друг друга. А поединок между нами, о чем так любят спрашивать и писать, возможен только в воспаленных фантазиях или в компьютерной графике.

— Как вы восприняли решение Виталия вернуться на ринг, как вы сегодня оцениваете Виталия-боксера?
— Принимая решение о возвращении в большой спорт, Виталий, естественно, советовался со мной. И, честно говоря, я поначалу был против этого, учитывая возраст брата и длительный перерыв в его боксерской карьере. После травмы, которую Виталий получил в рамках подготовки к разогревочному бою против американца Джамиля Макклайна, мой брат решил сразу же воспользоваться своим правом почетного чемпиона мира WBC и выйти в ринг против… Сэма Питера, который легко и непринужденно отобрал чемпионский пояс у Олега Маскаева, нокаутировав россиянина в восьмом раунде. Но Виталий отлично подготовился к поединку, настроился на него и затем доказал всему миру, что по-прежнему является великим боксером, лучшим супертяжеловесом в мире. Хотя сам он считает лучшим своего младшего брата, а как же я могу ему возражать?

— Сейчас, когда вы считаетесь лучшим в хэвивейте, остались ли у вас кумиры и авторитеты в боксе?
— У меня в боксе был и есть только один кумир — мой брат. Повторюсь, я ведь и в бокс пришел только потому, что им занимался Виталий. А так я вообще не хожу на боксер¬ские вечера, не смотрю поединки. Меня в спорте интересует только тот спорт, которым я занимаюсь непосредственно сам — для развития своей личности, своих сил, для реализации своих социальных задач. И за это я очень благодарен спорту. Но смотреть спорт по телевизору мне неинтересно.

— Вы и Виталий очень хорошо выглядите физически не только на ринге, но и в промежутках между боями. А ведь немало боксеров позволяют себе набирать лишний вес. У вас это от профессионализма, силы воли, дисциплины?
— Спасибо за комплимент, но я вообще предпочитаю слышать такие слова от женщин. Что же до хорошей формы, то это спасибо папе с мамой — просто хорошие гены от природы. Никаких особых сверхусилий.

— А что вы скажете по поводу ваших достаточно многочисленных недоброжелателей, которые утверждают, что "братья Кличко засушили, убили супертяжелый дивизион"?

— Знаете, я воспринимаю такое мнение как большой комплимент. И благодарен нашим недоброжелателям за такую оценку. Это же верх признания: два брата Кличко убили целый мировой хэвивейт! Как-то на отдыхе в Черногории я услышал от одного поклонника такую фразу: сегодня в мире кризис, а в супертяжелом весе есть свой кризис, и этот кризис зовут "братья Кличко". Сперва я было хотел напомнить ему жестами свое прозвище Стальной Молот, а потом сообразил: да это же большая похвала! Так что пусть кушают наш якобы "скучный, рациональный, европейский и так далее" бокс на здоровье.

— Но ведь вы пока не смогли с таким рациональным европейским стилем бокса покорить Америку.
— Мы с братом прекрасно понимаем, особенно — прожив немало времени в США, что стать настоящими кумирами американской публики для нас малореально. Американцы привязаны исключительно к своим соотечественникам. Но мы абсолютно не переживаем и не заморачиваемся по этому поводу. Поверьте, нам вполне хватает нашей популярности, признания специалистов и спортивных успехов на американском ринге. При этом я никогда не ставил под сомнение тот факт, что Америка — это Мекка профессионального бокса, и недаром великий Макс Шмелинг в свое время сказал: "Можно добиваться любых результатов в профессиональном боксе, но настоящим чемпионом можно стать только в Америке".

— Почему вы с братом, в отличие от многих боксеров не поливаете своих соперников бранью перед боями, не устраиваете скандалы на пресс-конференциях и так далее?
— В силу воспитания мы предпочитаем демонстрировать свое отношение к соперникам непосредственно в ринге. Но в то же время мы с пониманием относимся к тому, что профессиональный бокс — это не только прекрасный спорт, но и искрометное шоу. Когда боксеры накануне поединков начинают рассказывать, что они сделают друг с другом в ринге, это правила игры, это подогревает интерес публики. После этого еще больше хочется увидеть, что же произойдет в ринге, где уже будет не до словесных перепалок. И победит тот, кто лучше подготовлен и лучше себя проявит. Бывает, что красноречивость боксера соответствует его выступлению в ринге, например в случае Мохаммеда Али. Но подобные случаи — редкость.
По материалам: Газета Спорт день за днем
iSport.ua Бокс
Комментариев 0
Войдите, чтобы опубликовать комментарий