Императрица Поднебесной

На Ли далеко до рекордных коллекций сестер Уильямс, глобальной медийности Марии Шараповой или до всеохватывающей любви, которую по всей планете имеет Роджер Федерер. Но у китаянки есть своя, уникальная и захватывающая история с оттенком Голливуда.
0
21 сентября '14 14:45
На Ли, Getty Images
На Ли, Getty Images

Теннис всегда был и будет индивидуальным видом спорта. Речь не только о том, что игрок выходит на корт сам, а и обо всей карьере. Теннисисты большинство решений принимают сами – выбор тренеров, диеты, для них разрабатывают индивидуальные графики и так далее. У На Ли был другой путь. Она даже в теннис пошла по рекомендациям и настоянию других – ее тело было слабовато для бадминтона, и отец с тренерами решили отдать девочку в теннисную секцию. Никто мнения На Ли не спрашивал.

Китайская спортивная система построена на идее "работай, пока дышишь". Всем атлетам с раннего детства прививают невероятную дисциплину и рабочую этику, иногда даже переходя границы. Был такой момент и у На Ли. На одной из тренировок, она себя совсем неважно чувствовала, но тренер продолжал стоять на своем. 11-летняя Ли остановилась и прекратила занятия. Следующие три дня она проводила тренировки, стоя на одном месте и извинилась только потому, что ее об этом попросил отец. Уже в тот момент На Ли не понимала, почему обычная игра требует столько жертв.

Ли называла отца "лучом солнца" времен ее детства. Ей было 14 лет, когда он умер из-за болезни сердца. Она так и не смогла с ним проститься. Не потому что разлюбила или из-за страха. В то время проходил юниорский турнир, который 14-летняя На Ли с успехом выиграла. Тренер посчитал, что лучше не говорить девочке о случившемся, и не сбивать настрой… Она и сегодня не может поверить, что ей не дали попрощаться с отцом. Теннис в то время стал для девочки работой – семья залезла в долги и небольшие призовые позволяли им вести свое существование.

Когда На Ли в 2010 году в Мельбурне спросили, что ее мотивировало и помогло дойти до полуфинала, она ответила: "Призовые". Но до такой жизни она пришла опять-таки благодаря своей родине.



Знакомство с женским туром у Ли произошло в 1999 году. Трудолюбивая юниорка выиграла путевку в теннисную академию Техаса и 10 месяцев оттачивала свою игру, прежде чем дебютировать. Привитая дисциплина и занятия с иностранными специалистами в сумме дали очень перспективную теннисистку, которая уже в 2002 году была в топ-150 и уверенно носила титул сильнейшего игрока страны. Были выиграны многочисленные мелкие ITF-турниры, и Ли даже озвучила свою цель: попасть в топ-10 мирового рейтинга. Это было воплощение китайской мечты – новый человек в новом виде спорта шаг за шагом идет к вершине. Когда вдруг, она сказала "стоп". Что стало для этого причиной: желание получить образование, слишком большой контроль со стороны Федерации, роман с Цзян Шаном (ее нынешним мужем) или конфликт с тренером, который заставлял принимать ее гормоны, – неизвестно. Она просто взяла и ушла.

Моментом истины в карьере На Ли стала встреча с новым президентом теннисной программы развития Китая – Сан Джиньфанг, бывшей известной волейболисткой. Единственной теннисной надежде Поднебесной пообещали немного свободы. Хотя о какой независимости может идти речь – Ли отдавала больше половины призовых денег, часть ее расписания по-прежнему контролировалась.

Уже через два года, в 2006-м, На Ли удалось попасть в топ-30. К тому времени за ее плечами была первая победа на турнире WTA в Гуанчжоу, первый четвертьфинал на турнире Большого Шлема и исторический финал с Цзе Чжэн в Эшториле – первый матч подобного уровня, разыгранный китаянками. А страна, тем временем, готовилась к Олимпиаде. Мероприятие стало кульминацией всех усилий, которые были сделаны китайской системой в области развития спорта. 51 золотая медаль, полная победа над США. Для На Ли игры стали  одной из самых больших побед в ее теннисной карьере. Она с травмой добралась до полуфинала, но не смогла попасть в медали. Ее поддерживали настолько громко и активно, что это начало выводить из себя. На Ли сокрушалась: "Китайцам так нужна была моя победа, чтобы доказать себе что они лучшие. Все безумие, которое здесь происходило, не соответствует статусу матча. В конце концов, это лишь игра". А затем произошло чудо.

Императрица Поднебесной

На Ли и ещё несколько китайских теннисисток в ультимативной форме начали требовать свободы. Ли надоело терпеть постоянный контроль, давление прессы и передряги. Федерация пошла на значительные уступки, предоставив игрокам свободу в составлении графика, выбора тренеров и большую часть их призовых. Но финансирование прекратилось, денег у игроков почти не было, и это был новый, трудный старт в ее карьере. Она впервые, лишь к 26-ти годам, стала самостоятельной и почувствовала, что теннис – это индивидуальный вид спорта.

Потому ничего удивительного, что после успеха в 2010 году в Австралии На Ли обмолвилась о деньгах. После успешной мельбурнской кампании, она стала первой китаянкой, которой удалось попасть в топ-10 мирового рейтинга. Это был старт большого похода, который завершился 4 июня 2011 года.

В тот день, к экранам телевизоров было приковано внимание почти 120 миллионов людей. Нет, это не супербоул и даже не финал чемпионата мира по футболу. В тот день, на корте Филиппа Шатрие сошлись в битве за титул грунтовой королевы На Ли и действующая чемпионка Ческа Скьявоне. К тому времени, китаянка уже успела попробовать вкус подобных битв – в Австралии ее остановила неудержимая Клийстерс. В напряженном матче Ли смогла перетерпеть любимицу местной публики Скьявоне. История была написана, а рекорды побиты. Китайская пресса вознесла свою чемпионку до небес. В WTA увидели в добродушной и искренней Ли – новый выгодный продукт. Пошли многомиллионные контракты и слава. Эксперимент, что начался в августе 2008 года, удался.



Ничего удивительного, что новоиспеченная звезда не сразу смогла справиться с ответственностью. Проблемы с мотивацией, свет прожекторов, новый уровень давления – все это по-своему влияло на нее. Масла в огонь подливала и китайская пресса, которая теперь рисовала Ли не в красках национального героя, а говорила о ее несдержанности, непатриотичности и прочих земных грехах. Ситуацию взялся исправлять Карлос Родригес, который по соседству – в Пекине, руководил теннисной академией. Получив известность в качестве архитектора карьеры Жюстин Энен, он как никто другой понимал, что надо Ли – и в ментальном и в тактическом плане. Уже на первых двух турнирах, новый дуэт выдал финал и титул (Монреаль и Цинцинатти). Стало ясно, что данный союз имеет огромный потенциал.

Ли не сразу втянулась в режим Родригеса. "Не понимаю, как Жюстин смогла 15 лет продержаться. Я готова была умереть уже после 3 дней" - говорила она. Но Родригес, в отличие от системных китайских тренеров, добавлял и психологический аспект в свою работу. Он заставил верить в Ли, что она обязана работать так много и упорно, чтобы не жалеть об упущенных шансах потом. Испанец добавил личности и эмоции в сотрудничество и превратил фабричную работу во что-то большее. В австралийском финале против Азаренко в 2013 Ли была близка к победе, но при несколько загадочных обстоятельствах (можно вспомнить падения Ли на ровном месте), белорусская прима победила. Удивительно то, что китаянка после матча даже и не выглядела расстроенной. Она знала, что впереди ещё будет шанс.

Безуспешно пытаясь весь 2013 год переиграть Уильямс, в 2014 удача улыбнулась китаянке. Уже в 3 круге, Ли мысленно паковала чемоданы. Наверно в такие моменты, как при ударе Луции Шафаржевой слева на матчболе, время застывает. Мячик улетел на пару сантиметров в аут, и Ли, пережив клиническую смерть, обрела такую уверенность, что до конца турнира не отдала ни сета, почти без вариантов громя соперницу за соперницей. Ли снова переписала массу рекордов. Она стала наиболее возрастной теннисисткой, которой удалось выиграть свой второй Шлем, а также поднялась на рекордное второе место в рейтинге.

Императрица Поднебесной

Травмы и раньше беспокоили Ли, но железная дисциплина и желание выложить все (по завету Родригеса) держали ее на плаву. После весны этого года Ли словно перестала бороться. Она достигла почти всего – свободы, славы, денег, мирового признания. В один момент надо просто остановиться, чтобы потом снова двигаться вперед. Так было в 2003 году, когда На Ли впервые ушла из тенниса, так было в 2011 году, когда она уволила своего мужа и начала работать с Мортенсеном, так случилось и с назначением Родригеса. Каждый из этих шагов приносил дивиденды в будущем. Ли говорит, что сосредоточится на популяризации тенниса в Китае и на своей академии. И почему-то верится, что через лет 5-10 страна получит очередное сильное теннисное поколение.

В своем прощальном послении она говорит, что дело в травме колена и постоянных неприятных ощущениях на корте. И все же, есть чувство, что не все сказано до конца. В каком-то роде, уход На Ли напоминает завершение карьеры Агасси. Оба большую часть своих успехов добились в зрелом возрасте, оба боролись с постоянными хроническими травмами, оба не раз признавались, что даже не любят теннис. И хотя в своем прощальном письме Ли пытается быть очень корректной и никого не обидеть, между строк читается некий посыл в адрес системы, которая ее воспитала: "Несколько лет назад теннис в Китае был в младенческом возрасте. Я и мечтать не могла, что смогут подняться так высоко. То, что я сделала для страны – моя главная гордость".



В спорте не существует сослагательного наклонения, и, возможно, все части карьерного паззла На Ли обязаны были выглядеть именно так. Она шла по своей спортивной жизни со словами: "теннис – это лишь игра", но как никто другой знает цену упорного труда. Потому ее теннис впитал в себя почти хрестоматийную технику и немного вальяжной импровизации. На Ли вряд ли интересуют убытки спонсоров или кризис в WTA туре. Пришло время пожить для себя.

iSport.ua Теннис Теннис
Загрузка...