Джо Луис – Макс Шмелинг: противостояние века

Материал Владимира Войтюка о двух боксерах, которые оставили яркий след в истории бокса.
24 января, 14:30

19 июня 1936 года бой между американцем Джо Луисом и немцем Максом Шмелингом должен был начаться в 3 часа ночи по берлинскому времени. Но это не помешало ретранслировать репортаж на множество крупных немецких городов. Всего же у "народных приемников", которыми жителей Германии за годы правления снабдили национал-социалисты, собралось около 30 миллионов немцев. Среди слушателей был и Гитлер, который провел радио к себе в купейный вагон, а потому мог следить за боем по пути из Берлина в Мюнхен. Перед началом поединка германское радио решило устроить так называемую ночь боксеров. Но большинство местных любителей бокса предпочитали не слушать предваряющую репортаж программу, они просто ложились спать, намереваясь проснуться к началу боя по звонку будильника. Поскольку было жаркое лето, то большинство окон в домах было открыто настежь. Позже немецкие газеты сообщали о "симфонии звонящих будильников", так как улицы многих городов просто утонули в звоне.

Джо Луис родился в 1914 году в городке Лафайетт, штат Алабама. Родители с трудом сводили концы с концами, чтобы поставить на ноги 8 детей. Но это не всегда им удавалось. Двое отпрысков Манро и Лили Барроу умерли еще младенцами. В 1926 году родители Луиса, устав влачить полунищенское состояние, отправились за длинным долларом в Детройт. Тогда обещаниям Генри Форда верили сотни тысяч бедняков. Для них 5 долларов в день казались целым состоянием. Чернокожие работники автомобильного короля Америки, для того, чтобы поднять свой социальный статус, даже в церковь ходили с фордовским значком. Дядюшка Генри никогда не платил деньги за красивые глаза. На заводе Джо с легкостью управлялся с громадными деталями грузовиков так, что казалось, что они весили не 80 килограмм, а несколько грамм. Пяти долларов оказалось явно недостаточно, даже если тратить их только на еду. Джо хотелось вкусить и других радостей жизни, поэтому ему довелось подрабатывать, развозя лед по негритянским кварталам Детройта. Это была каторжная работа. Луис часто таскал на третий-четвертый этаж кубы льда весом в 35-40 килограмм. Постепенно тщедушный мальчик превратился в настоящего Геркулеса.

Учеба совсем не интересовала Джо. Возможно, будущий чемпион мира с большим энтузиазмом ходил бы в школу, если бы не комплексовал из-за своего заикания. Даже выучив урок, он мог сказать учителю, который спрашивал его, что не готов отвечать. Лучше уж двойка, чем терпеть насмешки одноклассников. Из-за постоянной неуспеваемости Джо отправили в школу для отсталых детей. Но именно там произошла встреча, повлиявшая на дальнейшую судьбу Луиса. Человеком, открывшим миру Коричневого Бомбардировщика, стал его одноклассник Торстон Маккини. Он давно занимался боксом, и однажды узнав о том, что Луис берет уроки игры на скрипки, поднял юношу на смех. "Я понимаю, что ты хочешь сделать своей маме приятное. Но ты ведь сам понимаешь, что из тебя такой же скрипач, как из меня балерина. Ты каждую неделю выбрасываешь 50 центов на ветер. Я знаю лучший способ, куда вложить эти деньги. Скрипка – это для девчонок. Думаешь, тебе это пригодится на улицах Детройта, если несколько крепких парней встретятся на твоем пути? Я не думаю, что скрипка поможет тебе выйти целым и невредимым из этой передряги. Лучше иди в спортзал и научись драться". Джо послушал друга и не пожалел. К тому же, бокс позволял сэкономить немного денег. Луису нужно было платить только за шкафчик, 50 центов в месяц.

Тогда бокс в Америке претендовал на статус спорта номер один. В каждом квартале большого города в США был свой чемпион. Ирландцы, итальянцы, евреи носили на руках своих кумиров. Так, противостояние между местными чемпионами могло собрать до 10 000 болельщиков. В 1920-х годах в американском боксе доминировал Джек Демпси. Его популярности среди рабочего класса мог позавидовать не только президент, но и Папа Римский. Однажды на бой Манасского костолома пришли немыслимые 100 тысяч зрителей. Такой зрительский интерес сказывался на прибылях боксеров. Один из величайших бейсболистов в истории Бейб Рут зарабатывал на пике своей карьеры 80 тысяч долларов, а Демпси в 1926 году за бой с Джином Танни положил себе в карман 750 000 зеленых. Это больше, чем получали все игроки любой из топ-бейсбольных команд Америки вместе взятые. Луис прекрасно понимал, что бокс – это его шанс на безоблачное будущее. Поэтому юноша полностью сконцентрировался на нем. Джо даже забросил школу, потому что не хотел тратить бесценное время на такие пустяки. Наш герой дебютировал на ринге в 1932 году. Легенда гласит, что полуграмотный Луис перед боем вписал свое имя в бланк настолько большими буквами, что просто не осталось места для фамилии Барроу. Так он и вошел в историю, как Джо Луис. Хотя многие биографы Коричневого Бомбардировщика приводят более банальную причину того, почему исчезла фамилия Барроу. Луис хотел скрыть от матери свои боксерские заработки. Впервые Джо засветился на американском спортивном небосклоне в 1934 году, когда дошел до финала самого престижного турнира боксеров-любителей "Золотые перчатки". Он не смог принять участие в матче за титул из-за травмы руки.

Свой дебютный большой бой на профи-ринге Луис провел против экс-чемпиона мира итальянца Примо Карнеры. Этот поединок организовал его новый менеджер Майк Джейкобс (по забавному стечению обстоятельств, менеджеры двух принципиальных соперников носили одну и ту же фамилию). Многие соперники Примо проигрывали ему еще до выхода на ринг. 206 сантиметров роста и 120 килограмм живого веса нагоняли страх даже на тех, кто не боялся самого черта. Некоторые специалисты требовали создать для таких гигантов новую весовую категорию "дредноуты", чтобы там Голиафы разбирались между равными себе, а не колотили беспомощных Давидов. Однако Луис уже в 6 раунде послал человека-гору в нокаут. Как отметил один журналист, Прима падал так долго, словно заводская труба, подорванная динамитом. Американские папарацци хорошо знали свое дело, и теперь они принялись эксплуатировать имя Джо Луиса. Многие соперники, выходя против него на ринг, думали не о победе, а о том, как выжить. "Уже через несколько секунд после начала боя соперник Коричневого Бомбардировщика, получив сокрушительный удар от Луиса, подошел к рефери и попросил у него разрешения "немного прогуляться по крыше"". "Нокауты, в которые отправляет Луис своих противников, настолько тяжелые, что душа этих боксеров на несколько минут отделяется от тела", – не скупились на комплименты американские СМИ.

13 декабря 1935 года Джо одним ударом пробил непроницаемую стену из рук и локтей Паулино Ускудуна. Так Баскский Лесоруб впервые в жизни почувствовал горечь нокаута. Паулино потерял в этом бою не только свой статус неваляшки, но и передние зубы.  Неудивительно, что действующий чемпион мира Джеймс Брэддок увиливал от встречи с Джо. Ведь все тогдашние боксеры выходили на ринг против Коричневого Бомбардировщика, как быки, которых вели на скотобойню. Когда казалось, что Брэддоку уже не отвертеться, и ему скоро придется распрощаться с чемпионским титулом, события приняли неожиданный поворот. Луису предстояло провести проходной, как тогда казалось, бой с немцем Максом Шмелингом. Когда у Джо спросили, что он думает о своем сопернике, тот просто рассмеялся и сознался, что ничего о нем не знает. Даже на пике своей карьеры Луис не любил бросаться словами. Его красноречие нашло отражение в такой шутке: "Он говорит меньше любого другого спортсмена в истории, включая и Дами Тейлора, глухонемого питчера команды Джайентс". Если бы Джо лучше знал Шмелинга, то не стал бы раньше положенного почивать на лаврах.

"Я пережил кайзеровское государство, – рассказывал Макс, – и у меня не осталось о нем добрых воспоминаний. Был голод в 1914-1918 годах. Отец мой служил на флоте, мать – на почте. Жили на гроши, к тому же мне приходилось заботиться о братьях и сестрах. В свободное время я занимался борьбой, плаванием, гимнастикой. Но на первом месте в списке моих приоритетов всегда стоял футбол. Я даже мечтал о том, что в один прекрасный день надену вратарский свитер любимого Гамбурга. О боксе я тогда даже не слышал. До 1919 года в Германии практически не было никакого бокса, его "занесли" к нам военнопленные. В том году чемпионом мира среди тяжеловесов стал Джек Демпси. Затем он отстоял свой титул в 1921 году в матче против Жоржа Карпантье. Об этом тогда много писали, на экранах даже шел фильм, на который меня водил отец. Я не мог оторваться от экрана. В течение недели я смотрел его каждый вечер и старался запомнить каждое движение Демпси. Так я влюбился в бокс с первого взгляда. Я пошел в маленький спортивный клуб у нас в Гамбурге. А потом мы переселились в Рурскую область, там в 1924 году я и провел свой первый профессиональный бой. "На кону" стояли восемьдесят марок. Бокс тогда был жесткий, гораздо жестче, чем сегодня. Мы боксировали по двадцать раундов, притом перчатки были четырехунцевыми. Но я считаю мой вид спорта одним из самых благородных: у боксеров нет возможности ускользнуть, спрятаться, пойти на обман. Тут или ты бьешь, или тебя бьют. Все честно".

В 1926 году Макс приехал покорять Берлин. Как не удивительно, в столице Германии провинциал очень скоро стал своим. Там Шмелинг познакомился с главным немецким спортивным репортером Артуром Бюловом, который согласился стать его менеджером и оплачивать тренировки. Шмелинг молниеносно становится кумиром берлинской богемы, которая хвасталась знакомством с Черным уланом с Рейна. Творческие личности просили Макса обучить их премудростям бокса, писали с него портреты и лепили скульптуры. По словам Шмелинга, текст программки к его бою с Францем Динером написал сам Бертольд Брехт. Чтобы не казаться неотесанным мужланом, Шмелинг начал читать книги, написанные его новыми друзьями.

Макс вскоре покорил не только Германию, но и весь Старый Свет. Он, словно тайфун, сметал все препятствия на своем пути и в 1928 году получил корону чемпиона Европы в тяжелом весе. Шмелинг любил славу. Он постоянно вырезал заметки из газет, где говорилось о его успехах, которые отправлял родителям. Макс купался в деньгах и купил себе роскошный Harley-Davidson с коляской. Через несколько месяцев Шмелинг проклинал эту свою покупку. Отправившись на пикник за город, боксер попал в аварию, вследствие которой погибла его 4-летняя сестра.

Завоевав Европу, Макс отправился в тогдашнюю Мекку мирового бокса, в США. Прибыв в Нью-Йоркский порт, Шмелинг сразу же понял, что его там не ждали. Растерянный Макс вместе со своим менеджером переминался с ноги на ногу, не зная куда податься. А виднеющиеся небоскребы внушали ему намного больший страх, чем самые опасные соперники на ринге. Через несколько минут к Шмелингу подошел один репортер, который взял короткое интервью у немца. Однако журналист не воспринимал европейского "чемпиона" всерьез, о чем свидетельствовала насмешливая подпись к фото Макса в порту: "120 килограммов лимбургского сыра прибыло, чтобы его переделали в 110 килограммов рыбьего мяса". Артур Бюлов 10 месяцев старался пробить хотя бы один бой для своего подопечного, но у него ничего не получалось. Тогда Макс решился на крайний, но как показало время, необходимый шаг, он распрощался с Артуром. Бюлов до конца жизни так и не простил этой черной неблагодарности своему самому известному клиенту, которого он вывел в люди и даже частично профинансировал его поездку в США.

Место Артура занял нью-йоркский еврей Джо Джейкобс. С новым менеджером дела Макса быстро пошли в гору. Он имел главное, чего не доставало Бюлову – связи в мире американского бокса. "О Джейкобсе говорили, что он даже не может отличить хук левой от кросса с правой, но это не имело никакого значения. Ведь он умел продавать. Это оказался один из лучших выборов в жизни Макса", – пишет спортивный историк Герд Райманн. Джейкобс мастерски разыграл карту внешнего сходства между Шмелингом и Демпси. Джо публиковал парные профили Макса и Джека, зазывая болельщиков на бои своего клиента. И толпы зрителей толпами валили, чтобы посмотреть на Черного улана с Рейна. Они заполняли стадионы так же, как и раньше, когда наслаждались очередным представлением, которое давал Манасский костолом.

Джо старался, чтобы Макса любили не только в Америке, он хотел сделать из Шмелинга идола всей Германии. Однажды он даже вырядил своего подопечного в Санта-Клауса, исполнявшего все скромные желания немецких ребятишек. "В качестве подарков они просили мелки, пеналы, купальные костюмы. Но больше всего меня тронула пятилетняя девочка, которая попросила, чтобы ее отец перестал употреблять алкоголь", – вспоминал Шмелинг. Уже в июне 1930 года Макс получил право бросить перчатку действующему чемпиону мира Джеку Шарки. Джейкобс знал свое дело и на "Битву Континентов", как окрестили этот поединок американские журналисты, на стадионе "Янки" собралось 80 000 болельщиков. Развязка боя состоялась в 4-раунде, прижатый к канатам Шарки ударил Макса ниже пояса и немец повалился на помост. Тогда слово взял Джейкобс, начав прессовать рефери, чтобы он дисквалифицировал Шарки за удар в пах. Макс уже не мог самостоятельно подняться, и секунданты занесли его тело в угол.

Пока Шмелинга старались воскресить, он услышал информацию о том, что соперника дисквалифицировали. Таким образом, он стал новым чемпионом мира. Еще никогда чемпион мира в боксе не определялся при таких скандальных обстоятельствах. Американские эксперты отказались признать в немце лучшего боксера планеты. К Максу приклеились обидные ярлыки "горизонтальный чемпион" и "чемпион ниже пояса". Также острословы утверждали, что он увез в Германию не золотую, а картонную корону. Дальнейшая карьера Шмелинга развивалась с переменным успехом. Но никто не верил, что ему удастся победить Джо Луиса, кроме него самого и Джейкобса. Гениальный менеджер вытащил свою волшебную отмычку, открыв с ее помощью сердца белых американцев, уставших ждать атлета, который сможет сокрушить непобедимого негра.

Шмелинг рассчитывал взять свое с помощью интеллекта. Он не верил в миф о непобедимости Луиса. Ведь даже у лучших бойцов в истории была своя ахиллесова пята. Макс провел несколько тысяч часов в кинотеатре, просматривая бои Коричневого Бомбардировщика. Он с немецкой дотошностью искал уязвимое место американца и наконец, нашел. Прямой удар в корпус был убийственным в исполнении Луиса, но нанеся его, он направлял руку вниз к поясу, а не вверх. Тем самым Джо на долю секунды становился беззащитным. Эту брешь в идеальном американском механизме надеялся использовать Шмелинг. К тому же тренер Луиса Джек Блекберн оказался не в состоянии помочь своему подопечному. Он в очередной раз запил и не смог опустить своего подопечного с небес на грешную землю. За него это сделал Шмелинг.

В первом раунде Джо просто развлекался на ринге. Но во втором, получив несколько увесистых ударов от немца, понял, что с Максом шутки плохи.  Правда, это ему не очень помогло. Американец ничего не мог поделать с убийственным ударом Шмелинга. В четвертом раунде Луис пропустил убийственный удар немца и оказался в нокдауне. Американская публика не могла поверить своим глазам. Джо тоже никак не мог прийти в себя. Луис напоминал бледную тень великого атлета. Теперь он превратился в боксерскую грушу, которую непрерывно избивал Шмелинг. Каким-то чудом Коричневый Бомбардировщик сумел продержаться до 12 раунда, в котором Шмелинг закончил страдания Луиса. Мать Джо, уже в середине боя не силах смотреть на избиение сына, со слезами убежала со стадиона, моля Бога: "Не дай немцу убить моего мальчика!"

После такого оглушительного провала на Луиса моментально ополчилась местная белая пресса, которая утверждала, что король оказался голый. "Этот шоколадный бог разлетелся в прах у нас на глазах, и всем стало очевидно, что он сделан из нечистот и соломы, скрепленной глиной. Он оказался мифом, дутой величиной, раздутой на пустом месте", – писал Дэвид Уолш из газетного синдиката Херста. Даже чернокожие мальчишки, боготворившие Луиса, теперь отвернулись от кумира. Они бежали за ним по пятам, выкрикивая: "Макс Шмелинг!" Джо недолго зализывал раны и уже 22 июня 1937 года стал чемпионом мира, сокрушив Джеймса Брэддока. Однако Луис не спешил утверждать, что он лучший боксер планеты: "Я не хочу, чтобы меня называли чемпионом мира, пока я не отдам должок Шмелингу".

22 июня 1938 года состоялся матч-реванш. Этот бой был больше, чем просто поединком двух боксеров. В одном углу ринга стоял Гитлер и нацистский режим, а в другом Рузвельт и американская демократия. За несколько дней до боя Луиса пригласил на прием в Белый дом. Франклин Делано Рузвельт напутствовал Луиса: "Джо, нам нужны мускулы, как у тебя, чтобы победить Германию". Интересно, что Джесси Оуэнс, выигравший 4 золота на Берлинской Олимпиаде, не получил от президента даже поздравительной телеграммы, не говоря уже о приеме. Гитлер тоже возлагал большие надежды на своего претендента: "Макс, в вашем лице мы видим образец тевтонского мужества". Но гора родила мышь. Бой Века превратился в блицкриг. Макс продержался против яростного напора Луиса всего 124 секунды.

…После завершения карьеры Джо неудачно вложил деньги и вскоре оказался у разбитого корыта. Луис умер в нищете 12 апреля 1981 года. Все расходы на похороны Коричневого Бомбардировщика оплатил … Макс Шмелинг.

Владимир Войтюк, iSport.u

Для фанатов Усика, Ломаченко и других боксеров мы создали отдельную страничку посвященную боксу в Telegram!

iSport.ua Бокс